Среда, Ноябрь 22, 2017
Главная > Главное за сегодня > Перспективы умного российского города

Перспективы умного российского города

В России активно развивается аппаратно-программный комплекс «Безопасный город», включающий элементы умного города. В целом, в России наиболее развиты такие компоненты Smart City, как управление городским парковочным пространством, электронные госуслуги, видеонаблюдение и видеоаналитика. Основным драйвером роста рыка станет экономия различных ресурсов. Автоматизация в первую очередь охватит отечественные мегаполисы. Но большинство городов в России не готовы к внедрению интеллектуальных решений, считают эксперты, принявшие участие в круглом столе iot.ru.


Какие элементы концепции «умный город» наиболее развиты в России?

Сергей Дубовик: Прежде всего, надо определить, что же такое «Умный город». «Умный город» — это собирательное понятие, которое объединяет различные концепции и подходы к развитию городов на базе информационно-телекоммуникационных технологий и технологий интернета вещей.  Подобная трактовка «Умного города» очерчивает весьма обширный круг решений, причем самой разной степени сложности: это интеллектуальные системы управления коммунальными сетями, системы технического мониторинга телекоммуникационной инфраструктуры, системы интеллектуального видеонаблюдения.

Надо отметить, что АПК «Безопасный город» в нескольких городах России уже на этапе концепции строился с учетом принципов «Умного города». Сейчас, реализуемые компанией проекты, призваны обеспечить управленческую и вычислительную инфраструктуру «Безопасного города»: предоставить городам инструменты мониторинга базовых природных и техногенных угроз. В дальнейшем будут развиваться системы мониторинга и управления ЖКХ, управления транспортом, градоуправления.

Например, в Нижнем Тагиле на опытных участках в школах внедрены системы телеметрии и управления общедомовыми приборами учета, которые объединены с общей системой управления безопасностью города и в случае внеплановой остановки и аварийного срабатывания датчиков на насосном или котельном оборудовании моментально передают сигнал в ЕДДС (Единую дежурно-диспетчерскую службу).

В Курске и Вологде системы интеллектуального видеонаблюдения позволяют детектировать угрозы общественной безопасности, например, оставленные предметы, хлопки и взрывы, возгорание, и незамедлительно формировать событие в системе для диспетчера ЕДДС. Причем, как в случае с мониторингом ЖКХ, так и в случае с камерами видеонаблюдения или датчиками, информация о событии поступает к диспетчеру уже в категоризированном виде: с автоматически-определенным типом события, сценарием реагирования, прогнозом развития, данными геоинформационной системы по объекту и объектам в зоне происшествия.

Олег Майданский: В России концепция «умных городов» активно развивается на протяжении нескольких лет. Наша команда уже спроектировала несколько решений в области транспортной безопасности, противодействия террористическим угрозам, управлению жилищно-коммунальным хозяйством. Подобные запросы поступают из самых разных городов страны – Москва, Санкт-Петербург, Тольятти, Сахалинская область. С практической стороны наиболее развиты такие компоненты умных городов, как управление городским парковочным пространством, электронные госуслуги, видеонаблюдение и видеоаналитика, включая фотовидеофиксацию нарушений ПДД.

Григорий Дмитриев: В больших городах наибольшее развитие «умного города» видно в области управления транспортом и освещением дорог и улиц. Умные светофоры, которые работают по адаптивным алгоритмам, позволяют управлять загруженностью дорог и обеспечивать оптимальный режим движения транспорта в черте города. Системы видеонаблюдения позволяют оперативно следить за транспортным потоком и фиксировать различные дорожные события. Система управления городским освещением позволяет включать и выключать освещение по фактической освещенности на территории и таким образом экономить потребление электроэнергии.

Можно ли создать эффективную типовую инфраструктуру для развития концепции «умный город»?

Григорий Дмитриев: Можно, но для этого необходимо разработать концепцию, которая должна содержать правила построения систем, входящих в инфраструктуру. Это необходимо для того, чтобы разные компании разрабатывали решения, совместимые по протоколам взаимодействия для объединения различных систем в единое информационное пространство. В качестве транспорта информационной системы, объединяющей различные системы «умного города», мы видим сети LPWAN и в частности сети LoRaWAN, которые позволяют организовать информационные потоки систем, работающих по расписанию и с малыми объемами передаваемых данных.

Андрей Безруков: В городах уже существует инфраструктура для внедрения IoT-решений, которая строится на решениях для сбора, хранения и обработки больших данных. Холдинг GS Group совместно с ИТ-компаниями, органами госвласти, отраслевыми ассоциациями и вузами намерен создать единое безопасное цифровое пространство — платформу «умного города», которая станет основой для цифровизации Санкт-Петербурга, а затем и других городов России. Это комплексное решение, которое объединит «сквозные» технологии (искусственный интеллект, машинное обучение, блокчейн, квантовая криптография), программное обеспечение и электронику, бизнес-модели и соответствующую законодательную базу, этику и онтологию. Инфраструктура будет сначала отработана в Санкт-Петербурге, а затем внедрена в других «умных городах».

Андрей Колесников: Есть вполне конкретные технологии построения инфраструктур. Самая большая ошибка в стратегическом планировании — это предоставление каких-либо преференций отдельным компаниям с использованием административного ресурса. Такая история может работать как тактическая для защиты серьёзных инвестиций. Но в нашем случае серьёзные инвестиции не нужны. Бизнес с радостью будет инвестировать в инфраструктуру IoT, если регуляции позволят ему стать бенефициаром хотя бы части миллионов кубометров воды, к примеру, которые непонятно как считают и непонятно куда они утекают. Государственные деньги и отдельные преференции — это самый большой яд для «неокрепшего» организма IoT в России. Однако есть области, куда действительно нужно инвестировать государству. Прежде всего это микроэлектроника и схемотехника.

Как вы оцениваете перспективы развития концепции «умный город» в России?

Андрей Колесников: Сейчас концепция «умный город» — чистый хайп. Вместе с тем специалисты знают, что это вполне конкретный набор приложений, в основе которых интернет вещей и обработка данных. В первую очередь ресурсоснабжение, ЖКУ, системы транспорта, сбора и утилизации мусора, управление освещением, мониторинг экологической обстановки и многое другое. В целом это не история про государство, а про человека. Комфортные условия проживания, чистая среда обитания, удобство и снижение расходов семейного бюджета. При правильной реализации выигрывает и муниципалитет, и человек, и бизнес. Для этого достаточно включить мозг, проявить политическую волю и создать условия для честной конкуренции.

Андрей Безруков: В первую очередь автоматизация охватывает мегаполисы: ожидается, что к 2025 году IoT-решения массово проникнут в города с населением более 1 млн человек, а экономический эффект от их внедрения составит 375 млрд рублей. Но пока цифровой облик страны расплывчатый, и я бы объяснил это тремя причинами. Во-первых, недостаточное финансирование городов. Не осознавая до конца потребность во внедрении модели смарт-сити, не представляя себе, какими возможностями обладают интеллектуальные решения и имея дефицитные бюджеты, городские власти не видят смысла в «умном» сценарии развития. Вторая причина в некотором смысле объясняет первую — отсутствие бизнес-моделей и нормативно-правовой базы, что сталкивает интересы и полномочия ведомств и конкретных должностных лиц, занимающихся обслуживанием коммунальных инфраструктур. Необходимо, чтобы между городскими службами и бизнесом, производящим инновационные технологии, установились тесные взаимоотношения по понятной схеме. И, наконец, хаос данных. Цифровая экономика — это, по сути, экономика данных, однако город не в состоянии отрегулировать потоки разнообразной информации и оцифровать ее. Архитектуру сбора и хранения данных необходимо выстраивать заново.

Олег Майданский: Перспективы есть, мы это видим по своим заказчикам. Но сегодня такие проекты сильно зависят от государственного финансирования программ по созданию умных городов. Бюджеты большинства муниципальных образований не готовы к массовому внедрению технологий городского масштаба. А схемы концессионных соглашений применимы далеко не во всех случаях. Тем не менее, в последнее время заказчики всё чаще переходят от проектирования к непосредственной реализации решений.

Какие тенденции на российском рынке технологий «умного города» будут преобладать в 2018-2019 гг?

Григорий Дмитриев: Мы видим востребованность и бурное развитие технических решений в области учета энергетических ресурсов в ЖКХ, мониторинга сетей ресурсоснабжающих организаций. Технические решения для поквартирного учета энергоресурсов (тепло, ХВС, ГВС) не только в новом строящемся жилье, но и в уже имеющемся жилом фонде – это запрос, который мы слышим постоянно на различных мероприятиях. Основное требование – автономность работы абонентских элементов системы 5-10 лет. Основные требования к элементам системы мониторинга сетей – автономность работы конечных устройств на срок, не менее межповерочного интервала (от 4 до 6 лет), оперативность получения данных о состоянии сетей. 

Эти решения не могут быть реализованы по проводным каналам связи. Решения, использующие в качестве канала связи GSM сети, не могут быть автономными для реализации требуемых режимов передачи данных. Сети LPWAN (LoRaWAN) обладают всеми необходимыми качествами для реализации автономных, гибких систем сбора данных. 

Олег Майданский: В первую очередь, конечно, реализуются проекты, связанные с обеспечением безопасности жителей и коммунальной инфраструктуры. И лишь затем очередь дойдет до транспортных систем, экомониторинга, туристических сервисов и др. компонент «умного города». Нужно понимать, что российские города в абсолютном своём большинстве не готовы к внедрению интеллектуальных решений. Например, в области общественного транспорта и управления дорожным движением приходится начинать с перепланировок транспортных сетей, которые у нас развивались стихийно. Поэтому, прежде чем внедрять умные системы контроля и управления транспортными потоками, прокладывать линии связи и строить ситуационные центры, необходимо разобраться в причинах возникновения проблем. Только после этапа транспортного консалтинга и комплексной оценки транспортной ситуации становится ясно, почему на улицах образуются заторы, откуда перебои в следовании общественного транспорта и т.д.. Далее можно переходить к координированному управлению светофорами, разворачивать системы диспетчеризации, думать о защите транспортной инфраструктуры, в том числе и от киберугроз.

Андрей Колесников: Лично очень надеюсь на прекращение законодательного шатания в сфере ЖКХ. Жесткая установка приборов не только на границе балансовой принадлежности, но и каждому потребителю — это реальный сектор экономики, который будучи конкурентным может взлететь в 2018-2019 гг. Баланс потребления должен не тетушками в муниципалитете сводиться ручками, а в разнообразных автоматических системах. Кстати, проясняю — речь не идёт о всероссийском монстре за триллион рублей, а в обычных распределённых реестрах.

Все эти сказочные горизонты не решат проблем изношенных магистральных труб. Но роль государства как раз в перенаправление сэкономленных средств в инфраструктуру, а не в создание Федерального оператора IoT или Единого государственного облака IoT.

Какие факторы ускорят развитие рынка до 2019 года?

Олег Майданский: Главный фактор – это финансирование. Также среди мощных драйверов можно назвать масштабное включение операторами сотовой связи поддержки протоколов IoT в своих базовых станциях. Это сразу обеспечит возможность создания IoT-сетей практически любого масштаба. А это как раз даст новые возможности для развития городских систем – на их базе смогут обмениваться информацией самые разные датчики и сенсоры, которые будут обеспечивать мониторинг инженерной инфраструктуры, тепловых, электрических сетей, контролировать экологическую ситуацию, занятость парковочных мест и т.д. Технически такая возможность уже есть, дело за решением о включении этих функций.

Андрей Безруков: Главный драйвер развития рынка городской автоматизации на данный момент — экономия ресурсов благодаря внедрению высоких технологий в городскую систему. Максимальный экономический эффект удастся достичь в таких направлениях, как транспортная система, потребление энергоресурсов, жилищно-коммунальная инфраструктура. Во всех сферах технологии умный город убирают разрывы в коммуникациях между тремя городскими стейкхолдерами — бизнесом, жителями и городом, а также перестраивают городское пространство, делают взаимодействие жителя с ним более прозрачным.

Сергей Дубовик: Сейчас под эгидой «Безопасного города» сформирован спрос на многоцелевые системы безопасности – системы интеллектуального видеонаблюдения, раннего обнаружения пожаров, системы мониторинга окружающей среды, управляющие системы диспетчерских служб. Дополнительным стимулом к внедрению таких систем служит крупные международные мероприятия: ЧС-2018, Универсиада-2018, саммиты. Крупные мероприятия расширяют границы востребованных систем – города интересуются организацией транспортных потоков, информационно-справочными системами на базе уличных терминалов.

Источник